Библиотека




ВСЕ-ТАКИ ОТПУСКАТЬ! ЧАСТЬ 1.

К.КУЗИЩИН,
доцент кафедры ихтиологии МГУ,
кандидат биологических наук


      Вопрос, поднятый в статье А.Попова «Тащить или отпущать?» («Рыболов» №8/2010) – один из наиболее обсуждаемых в рыболовном сообществе. По большому счету, его решение должно лежать в основе стратегии развития любительского и спортивного рыболовства на многие годы вперед. В связи с этим представляется исключительно важным, чтобы в рыболовном сообществе сложились объективные, основанные на четкой доказательной базе представления о воздействии любительского рыболовства на запасы наших рыб.

      Сам я по профессии ихтиолог, много лет провел в экспедициях в самых разных концах нашей страны, а рыбалкой занимаюсь с детства (первую рыбу – пескаря – поймал в 4 года). По своим убеждениям я никак не могу причислить себя к тем «зеленым» защитникам природы, в многочисленных  воплях которых я усматриваю больше политической ангажированности, чем реальных фактов. Поэтому постараюсь в развитие дискуссии предложить читателям ряд собственных соображений и научных данных, касающихся ловли по принципу «поймал – отпусти».
      Современная рыбалка по уровню применяемых технологий и способов ловли ушла далеко вперед по сравнению с тем, что было еще 20-30 лет назад. Безусловно, она стала существенно более эффективной, и если во времена моего детства она имела возможность укрыться во множестве мест, недоступных или почти недоступных для спортивной снасти, то сейчас практически нет таких акваторий и глубин, куда бы не могли проникнуть опытные рыболовы, располагающие современными приманками и снастями, созданными на основе многомерного моделирования и сложных гидродинамических расчетов и результатов исследования поведения рыб.
      При этом принципы ловли, то есть цели рыбалки, во многом остались на уровне тех самых далеких годов.  То есть и по сей день цель большинства рыболовов  – изъять рыбу из водоема для пищевых целей.
      Поэтому сегодня на большинстве водоемов, в том числе и на труднодоступных, сложилась противоречивая ситуация: с каждым годом становится все больше хорошо оснащенных рыболовов, имеющих возможность ловить рыбу во все больших количествах, что автоматически означает резкий рост суммарного изъятия рыбы из рек, озер и водохранилищ. Сейчас уже никого не удивляет тот факт, что даже на Нижней Волге, где, казалось бы, рыбе нет конца, наблюдается ощутимое уменьшение численности разных видов рыб.
      Несомненно, уже сейчас необходимо продумать, как можно рационализировать использование водных биоресурсов, иначе  мы просто потеряем запасы рыб в наших водоемов вплоть до того, что даже килограммовый судак станет считаться трофейной рыбой. Увы, это не преувеличение, во многих некогда изобилующих рыбой реках и озерах уже сейчас ничего более или менее приличного не осталось.
      Конечно, главной причиной уничтожения поголовья ценных рыб является промысел, промышленные стоки и гидростроительство. В то же время не стоит приуменьшать и степень воздействия рыболов-любителей на стада рыб.
      Приведу пример из собственной практики. Зимой мы с друзьями часто выезжаем ловить подлещика на подмосковные водохранилища, чаще всего на Вазузское или Яузское. В хороший клевный день в декабре или январе за 4-5 часов ловли каждому из нас удавалось поймать по 4-5 кг этой рыбы весом от 100 до 500 г, что составляет примерно 15-20 рыб. В такие дни, особенно в выходные, в поле зрения (около 1 км во все стороны) насчитывалось до 200 человек. Представим, что подобный улов был у каждого из рыболовов (довольно грубый подсчет, тем не менее он достаточно реалистичен), – получается, что за один только  день с одного участка водоема площадью  примерно 0,5 кв. км изымается около 4 000 (четырех тысяч!) особей леща.
      А если учесть, что большинство рыболовов не придерживаются нормы вылова (исчезнувшей, по непонятнм причинам, из современных правил  любительского и спортивного рыболовства), эту цифру можно по крайней мере утроить.
Конечно, клев бывает разным, и в другие дни вообще ничего приличного выловить не удается, тем не менее можно себе представить, сколько подлещика изымается за 3-3,5 месяца зимнего сезона – речь идет о миллионах рыб!
      Да, у любой экосистемы есть запас прочности, но он небесконечен, а водоемы – не бездонная бочка.  Когда-то может наступить момент, что сумма всех негативных воздействий, включая все возрастающее изъятие рыб, приведет к резкому слому всей системы взаимоотношений в водоеме. И если тенденция изъятия рыбы из водоемов сохранится, то катастрофа может стать неизбежной. Поэтому разработка стратегии рационального (или, как сейчас стало модным выражаться, «неистощительного») использования водных биоресурсов, несомненно, требует серьезных усилий всех – рыболовов-любителей, ученых-ихтиологов, гидробилогов, управленцев, предпринимателей, рыбоводов и т.д.
      На первый взгляд, ловля по принципу «поймал – отпусти», внедренная во многих странах умеренной и тропической зоны более чем полвека назад, представляется весьма эффективной и, по идее, не должна иметь противников. Тм не менее рыболовов, особенно в нашей стране, отрицающих или серьезно сомневающихся в целесообразности отпускании рыб после поимки, неожиданно оказалось очень много. Статья «Тащить или отпущать?»  отражает точку противников отпуска рыб, однако надо отметить, что положения, в ней высказанные, основаны на отрывочных и не совсем достоверных фактах. Попробуем рассмотреть конкретные соображения автора. 
      Главный тезис состоит в том, что рыба, дескать, все равно погибнет, отпускай ее или нет, за исключением нескольких видов (сом, карась, линь и некоторые другие). Поэтому один из наиболее серьезных вопросов, можно сказать, ключевых, требующих ответа и решения – это оценка выживаемости рыб после их поимки на спортивную снасть.
      Я глубоко убежден в том, что для этого требуется очень тщательная работа на очень строгом методическом уровне. Должны быть собраны и проанализованы результаты, основанные на твердо установленных фактах, допускающих только однозначную трактовку. Должен быть  начисто исключен субъективизм (мнения типа «мне кажется» или «да все это знают») и тем более какие бы то ни было эмоции. 
      Несомненно, ловля рыбы, когда крючки впиваются ей в рот или глотку, процесс ее вываживания наносят организму рыбы травмы, однако степень их тяжести далеко не одинакова.  По-настоящему серьезные ранения могут возникнуть лишь в небольшом числе случаев. Разделим их условно на три группы.
      Первая:  повреждение органов дыхания – собственно жабр и мускулатуры жаберной крышки – или удушье рыбы.
      Дыхание у рыб – сложный процесс, газообмен у них более затруднен по сравнению с наземными позвоночными животными. Жабры рыб крайне чувствительны к высушиванию: на жарком сухом воздухе достаточно три-четыре минуты подержать рот щуки или судака открытым, чтобы нежные жаберные лепестки получили очень тяжелый обширный ожог.
      Эффективность дыхания сильно зависит от температуры воды (в теплой воде рыбам дышать труднее), от проточности в районе жабр (рыба должна все время заглатывать свежую порцию воды, а не гонять туда-сюда «отработанную» порцию воды), от ритмичности работы жаберной мускулатуры (если у рыбы зажаты жаберные крышки, то даже если рот может открываться, рыба перестает дышать) и целого ряда других факторов.
      Кроме того, для поддерживания нормального дыхания рыб крайне важно, чтобы сохранялась в целости жаберная перепонка – сладка кожи по краям жаберной крышки. 
      Поэтому если рыболов, даже не вынимая рыбу из воды, сильно сдавит пальцами жаберные крышки,  сильно ударит по «щеке» или порвет жаберную перепонку, рыба может получить травму, несовместимую с жизнью, хотя внешне вроде бы больше никаких серьезных травм и нет.
      Ничем не лучше вариант, когда рыбу держат в ограниченном объеме воды, например, в ведре или на прибрежном мелководье летом, где вода очень теплая и содержит мало кислорода. Практика показывает, что в большинстве случаев пойманная рыба погибает именно от удушья или от травм, нанесенных органам дыхания, или рыбу просто душат, не давая ей нормально дышать или использовать свежую, богатую кислородом воду.
      Проблема заключается в том, что эти по сути смертельные травмы внешне могут быть малозаметными для рыболова. Вот и получается, что иной раз рыбу после поимки отпускают вроде как в нормальном состоянии, а на самом деле с очень серьезной травмой, даже не подозревая об этом.
      Вторая группа травм – резкие ударные воздействия в районе головы и брюшной полости. Как и у других позвоночных животных, у рыб мозг является одним из наиболее уязвимых органов. Удар по голове приводит к мощному кровоизлиянию в мозг и смерти рыбы.
      Травма мозга возникает не только тогда, когда рыболов бьет ее камнем по голове – достаточно того, что рыбу резко выбрасывают из воды на берег или в лодку. Особенно часто такое бывает, когда не очень крупную рыбу быстро вытаскивают мощной грубой снастью: рыба еще полна сил и, будучи вытащенной из воды, начинает сильно биться, ударяясь о прибрежные камни, коряги на берегу, борта лодки и т.д. Такая ситуация часто случается при ловле лососей, когда при неаккуратном форсированном вываживании рыба на мелководье бьется головой о камни.
      Третья – поражение крупных сосудов кровеносной системы. У рыб они расположены в районе жабр (приносящие жаберные артерии) и в основании глотки, у нижнего края жаберных дуг, – там расположен самый крупный кровеносный тракт – брюшная аорта.
      Если рыба глубоко заглотила приманку и крючок впился в основание жаберных дуг, то в течение нескольких секунд она может потерять до половины объема всей крови. Поэтому повреждение этих сосудов крючками почти всегда приводит к гибели рыбы.
      Другие крупные кровеносные сосуды расположены глубоко в теле, и крючками их повредить практически невозможно. Повреждения мелких сосудов, лежащих под кожей, не могут сколь-нибудь серьезно повредить здоровью рыб: их кровь быстро сворачивается в воде, да и кровеобмен по периферической зоне невелик.
      Именно ранения этих трех видов по статистике являются причиной 98-99% рыбьих смертей во время любительской и спортивной спортивной рыбалки. Причем на первом месте стоят травмы, связанные с повреждениями органов дыхания. Остальные виды травм, как правило, не  приводят к гибели рыбы, даже если они кажутся серьезными.
      Рыбы удивительно крепки и выживают при жутких, на первый взгляд, повреждениях тела. Так, рваные раны на спине, хвосте и даже брюхе рыбы затягиваются за 2-3 месяца, если они не затрагивают позвоночника или внутренних органов.
      Рыбы продолжают жить, питаться, расти и размножаться, потеряв один или даже оба глаза.
      Обтрепанные плавники восстанавливаются почти до исходного размера всего за три недели.
      Потерю чешуи даже на большой площади поверхности тела рыба переносит относительно легко. В научной литературе описан опыт, когда у рыбы (использовали тиляпию) под наркозом удалили ВСЮ чешую! После такой процедуры несколько особей чувствовали себя неважно в течение двух суток, но не погибли, продолжали питаться, а всего через две недели на всей поверхности тела отрасла новая чешуя! Чешуя – «покровный материал», кроме того, он же еще и «расходный» материал. В норме рыба часто теряет чешую, и организм рыбы легко формирует новые покровы.
      Конечно, у разных видов прочность чешуйного покрова различается – например, почистить сазана или окуня довольно непросто, тогда как с уклейки и чехони чешуя отлетает при малейшем давлении. Однако способность рыб легко терять чешуи – продукт долгой эволюции, а природа ничего не формирует без смысла.    Как правило, чешуя легко опадает у некрупных рыб, которые часто становяться жертвами хищников. Когда хищник хватает мелких рыб, то они, сбрасывая чешую, таким образом получают шанс вырваться из его пасти.  Поэтому если при снятии с крючка на руках остается чешуя, это вовсе не означает, что рыба получила серьезную травму, которая может привести к смерти.  
      В последнее время рыболовы довольно часто обсуждают вопрос о баротравмах рыб, в том числе и в статье «Тащить или отпущать?». Мне не совсем понятно, почему он возник в связи с ловлей пресноводных рыб. 
      В научной литературе в подавляющем большинстве случаев речь идет о баротравмах полуглубоководных и глубоководных рыб, которых поднимают на поверхность с глубин не менее нескольких сотен метров – бывало, что глубинные обитатели просто взрывались у поверхности. Но в целом морские рыбы легко меняют горизонты – атлантическая сельдь за 5 минут поднимается вверх по наклонной траектории на 90-110 м!
      Но у пресноводных рыб баротравмы не вызывают столь драматических последствий, как считают некоторые рыболовы. Да, при подъеме рыбы с глубины 10 м на поверхность происходит скачок внешнего давленя, оно падает с 1 атмосферы до 0, однако это вовсе не означает, что рыба подверглась шоковому воздействию, а то и получила смертельную травму, таких фактов попросту нет.
      Наши пресноводные рыбы приспособились жить на разных глубинах и меняют горизонты достаточно часто и легко. Гидростатический орган рыб – плавательный пузырь – обеспечивает им нужные параметры плавучести в широком диапазоне глубин, это весьма совершенный орган с эффективной системой регуляции объема и газового состава. 
      Четко зарегистрированы случаи быстрого перехода пресноводных рыб с глубины на мелководья и наоборот. Стая леща может выходить из ямы на мелкий плес, преодолев столб воды 7 м менее чем за 3 минуты (данные для Иваньковского водохранилища), еще быстрее лещ может уходить на глубину – всего за 2 минуты с глубины 1 м до глубины 10 м. Поэтому у наших рыб  баротравмы при их ловле вряд ли возникнут: обычна ситуация, когда  при подъеме леща с глубины 5-6 м вываживание может длиться от 1 до 5-8 минут, а если это крупный экземпляр, попавшийся на тонкую снасть, то и 10-15 минут. Это более чем достаточное время для компенсации внешнего давления, тем более что плавательный пузырь многих наших пресноводных рыб открытый, то есть соединен протоком с кишечником, поэтому излишний газ легко выходит из плавательного пузыря наружу. Кроме того, плавательный пузырь у рыб устроен таким образом, что при изменении своего объема он никак не может сдавить никакие крупные кровеносные сосуды и повлиять на кровообращение.
      С другой стороны, несомненно, что каждый вид по-совему реагирует на изменения внешнего давления.  Рыболовам хорошо известны случаи, когда плавательный пузырь судаков при их вываживании с глубины может выворачиваться наружу. Однако это опять же проявляется на индивидуальном уровне. В нашей практике был случай, когда мы в январе ловили судаков на Средней Волге под Сызранью с глубины 14 м. Рыбы были весом 1,2-4.5 кг, подъем их с глубины на поверхность проходил за 5-6 минут. Всего в тот день мы поймали 22 рыбы, из которых 2 имели следы баротравмы (выпученные глаза, вывернутый в полость глотки плавательный пузырь), а остальные – никаких следов этой самой баротравмы! Никакой зависимости от размеров или времени суток выявлено не было, поэтому объяснений приведенному случаю  я дать не могу.
      Летом на Нижней Волге мы за одно утро  поймали троллингом 18 судаков, и ни один из них не имел следов баротравмы. В другой день  мы поймали 14 рыб, из которых одна имела вывернутый плавательный пузырь. Все эти рыбы ловились на одной и той же глубине – 9-11 м.
      В один из сезонов мы ловили судака на Нижней Волге только на глубинах до 12-13 м (была такая задача), счет шел на сотни рыб за сезон, тем не менее по открытой воде так называемые баротравмы мы видели всего у 2 особей. В то же время мне с коллегами-рыболовами много лет подряд доводилось ловить зимой крупного глубинного окуня-горбача, быстро поднимая его на поверхность с 10-11 м, и ни разу мы не фиксировали никаких признаков баротравмы.. 
      Непроработанность вопроса о баротравмах порождает довольно много спекуляций и сомнительных выводов, которые основаны не на четко установленных фактах и статистически корректных данных, а на крайне субъективных оценках, ошибках и заблуждениях, отчего мнения разных людей могут быть очень противоречивы.
      Так, автор статьи «Тащить или отпущать?»  указывает, что для судака и леща баротравма смертельна, а для сома – нет, якобы из-за того, что у сома какое-то особенное строение плавательного пузыря. На самом деле строение плавательного пузыря и механизм регулирования его объема у сома и леща практически одинаковы, а у судака по сравнению с сомом и карповыми рыбами плавательный пузырь уст­роен сложнее, и его физиология более совершенная. Поэтому вывод о том, что при ловле на глубинах троллингом или на джиг-головку вся пойманная рыба погибнет из-за баротравмы, ничем не доказан и не основан на достоверном знании.
      Пока можно с уверенностью говорить о том, что смертность пресноводных рыб при спортивной и любительской ловле от баротравм исчезающе мала и никак не может быть предметом серьезного обсуждения принципа «поймал – отпусти». Очень часто смерть рыбы списывают на баротравму, хотя дело тут совсем в другой причине.
      Описанный автором пример с лещами, которые сидят в садке и в конце концов гибнут якобы от баротравмы, на самом деле требует комментария.
      Помещенные в садок лещи могли погибнуть совсем от других причин,  вероятнее всего, от кислородного голодания. Как правило, садок бывает  привязан к лодке снизу по отношению к течению – просто так удобнее складывать рыбу. А из-за вихревого течения позади заякоренной лодке образуется водоворотная зона, в которой водообмен с соседними участками затруднен. Именно в такой зоне чаще всего и находится садок с лещами. Рыбы могли использовать большую часть кислорода из водяного пузыря вокруг садка, и через некоторое время им стало просто нечем дышать. Парадокс – вроде бы все нормально: лещи в воде, садок просторный, но кислорода для дыхания в окружающей воде через какое-то время уже нет!
      Особенно резко это  выражено летом, когда вода теплая – в ней кислорода  содержится зна­чи­тель­но меньше, чем в холодной воде, да и красным клеткам крови труднее захватывать кислород из воды, когда температура поднимается до 20-22О. Поэтому хотя автор описывает картину с погибающими в садке лещами просто душераздирающую, сама ситуация  вовсе не такова, как это кажется на первый взгляд. 
      Но в чем автор, безусловно, прав, так это в том, что необходимы очень корректные данные по смертности от спортивных снастей для каждого вида рыб, мало того –  для каждого сезона года и в идеальном случае  – для разных типов водоемов: водохранилищ, крупных рек, небольших речек и т.д.


Окончание читайте здесь

Дата: 08.11.2010 16:10

Книжный интернет-магазин. От холодного оружия до атомной бобы
papigun.ru