Библиотека




Я РЫБАЧИЛ НА АМГУНИ!

В.Виноградов, г.Москва

 

      Все случилось в полном соответствии с популярным изречением: «Я получил предложение, от которого не смог отказаться». Действительно, разве можно не порыбачить на реке, где до сих пор попадаются огромные таймени, а экземпляры весом 8-10 кг местные рыбаки называют «таймешатами»?! 

      Плюс к этому там полно ленков и хариусов. А летом туда на нерест приходят лососи – кета и горбуша. Зовут эту речку Амгунь.

      Она берет свое начало на склонах Буреинского хребта в Хабаровском крае. Примерно половина реки с выраженным горным характером, а на последних 330 км она даже судоходна. Всего же Амгунь петляет по тайге 723 км и впадает в Амур-батюшку. Почти на исходе ее горной части обосновался пос.Березовый, который находится в 185 км от Комсомольска-на-Амуре. От него всю нашу команду (9 участников возрастом от 14 до 74 лет), 4 лодки и все снаряжение к исходной точке сплава в 80 км выше по реке доставили грузовой и легковой внедорожники. Кстати, все местные трассы проложены рядом со знаменитым БАМом. Дороги, понятно, не асфальтированные, но вполне приличные, грейдерные. На сплав предполагалось затратить 4 дня и 3 ночи.

      Экспедиция была спланирована на конец октября. К этому времени заканчивается осенний ход кеты, и с реки уходят те, кто нарушает правила рыболовства (очень мягкое определение…), и те, кто им в этом препятствует. Нам хотелось общаться только друг с другом и с суровой, но такой прекрасной окружающей природой. 

      В это же время на Амгуни открывается любительский лов рыбы. Перед поездкой я еще раз проштудировал Правила рыболовства Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна и убедился, что на реке для ловли хариуса, ленка и тайменя не требуются какие-нибудь лицензии или путевки. Ограничения установлены только на минимально допустимые размеры: хариуса – от 20 см, ленок – от 45 см и таймень – от 70 см.

      День подготовки был солнечным с небольшим минусом. Снег уже в тех краях лежал. Но стоило нам прибыть в исходную точку сплава и выгрузить на берег весь скарб, как небо затянули черно-синие снеговые тучи, задул ветер, и такая погода сопровождала нас все четыре дня путешествия. Сплавляться на маленькой «надувнушке», которая вместе с веслами обледеневает, и при этом еще ловить рыбу – довольно экстремальное мероприятие. Но мы ловили, причем временами очень даже успешно.

      По ходу экспедиции опытным путем выяснилось, что спиннинги в это время не работают. Мы меняли блесны, воблеры, «резину» – рыба не брала. В другое время года, в этих же самых местах, на «железо» наши местные друзья облавливались хорошим ленком и нередко цепляли крупных тайменей. 

      В какой-то момент, после того как и ночная рыбалка на «мыша» не принесла никакого результата, у нас с братом закралась мыслишка – а есть ли вообще в реке та рыба, о которой столько говорилось. Все встало на свои места, когда на третий день члену нашей команды Алексею попался-таки «средненький» таймешонок на… 17 кг!

      Вот это была схватка! Сколько раз таймень выворачивался на поверхности, закручивая воду водоворотом и демонстрируя свой шикарный красный хвост! Для нас, москвичей, это зрелище было незабываемым! Только чтобы увидеть такое, уже стоило лететь, ехать и плыть за тысячи километров от родного дома через всю страну! Алексей, между тем, совсем без бурных эмоций, по-деловому и не торопясь, всего за 4 минуты вывел этого красавца на мелководье, откуда его уже ногами и руками вытолкали на берег. И вот на снегу лежит поверженный истинный король сибирских и дальневосточных рек…

      Таймень взял на плесе со средним течением, где глубина не превышала 1,5-2 м. Кстати, по всей горной части Амгуни больших глубин нет, а «ямами» местные называют углубления до 3-4 м. И там прекрасно себя чувствуют крупные таймени, хотя часто можно читать в рыболовной литературе об их приверженности именно к глубоким омутам. Несмотря на настоящее предзимье, грозные хищники не скатились в более глубокие низовья или даже в Амур. Оказывается, они остаются на зимовку даже в таких мелководных местах. 

      После поимки тайменя многие из нас стали усиленно хлестать реку спиннингами в надежде на повторный успех, ибо известно, что крупные таймени очень часто держатся парами. Но, увы…

      Ловля спиннингом фактически в зимних условиях сопряжена с проблемой обмерзания лески и пропускных колец. Больше всего достается тюльпанам, которые принимают на себя основную воду с лески. Пользовались баллончиками с антиобледенителем, но их было всего три, а рыболовов – девять. Словом, намучались изрядно, потеряли несколько блесен, которые с куском лески улетали при забросе. Уже на исходе второго дня, осознав бесперспективность ловли на спиннинг, все перешли на удочки. Стало заметно повеселее. Клевали хариусы, ленки и маленькие таймешата (их мы, конечно, отпускали).

      Хариус в этом регионе Дальнего Востока некрупный, редко достигает 1 кг. Обычный же вес – 300-400 г. Зато это же ха-ри-ус, а не какая-нибудь плотва или красноперка! 

      На активный клев мы попадали не везде. Было много перспективных по внешним признакам мест, но хариуса там не было совсем либо вылавливали одного-двух – и все. В это время года следовало искать места, где он скапливается. Известно, что хариус активно скатывается с верховий, когда по реке пойдет шуга, но и в это время он берет приманки. Не клюет же при сильном помутнении воды (не видит корм) и в период массового листопада (плывущие листья его пугают).

      Хариуса и ленка ловили на самодельные тонущие «мушки». Самой ходовой оказалась розового цвета. Я подсаживал на крючок кетовую икру, но, если удавалось найти стоянку рыбы, то она прекрасно брала и на голую «мушку». И потом на ветру и морозе возиться с насадками не очень-то хотелось. В дополнение к тонущей «мушке» в оснастке были 3-4 грузильца и большой поплавок. 

      Пожалуй, самые уловистые места находились непосредственно под сливами, буквально в 2-3 м от берега. Очень было удивительно чуть ли не из-под ног вытаскивать рыбу одну за другой: хариус, хариус, ленок, хариус, хариус, ленок…

      При ловле хариуса и ленка местные рыболовы используют прикормку. Она состоит из смеси красной икры (она может быть тухлой) и перловки. Еще для активизации клева заходят в воду и, ковыряя ногами дно, начинают активно ее мутить. Шлейф мути, уносимый течением, привлекает рыбу, которая надеется найти в нем что-то съедобное. 

      Как я уже говорил, в качестве насадки часто используют красную икру. Она плохо держится на крючке, легко сбивается рыбой. Ей нашли замену в виде кусочков оранжевого поролона (нарезаются из губки для мытья посуды). А еще есть местная насадка под названием «пластилин». С икры снимают верхний подсохший слой и разминают ее до состояния замазки или пластилина. Слепленные шарики хорошо держатся на крючке.

      Ленка, хариуса и тайменя на Амгуни ловят круглый год. Лед обычно сходит с середины апреля до середины мая. Рыба в это время поднимается в верховья и начинает кормиться. В это время ленок обычного веса берет на консервированную кукурузу. Крупный же (а в Амгуни попадаются экземпляры до 5 кг) «предпочитает» большой шарик из оранжевого поролона. Попадается ленок и на «железо» – длинные, узкие «колебалки». Используют и виброхвосты, но «пятки» у них сразу обрезают. Ленок хватает приманку именно за хвост, поэтому часто не засекается. 

      Таймень тоже предпочитает «колебалки». Еще его весной ловят на «тычку» – в нашем понимании это жерлица, на которой в качестве насадки используется примерно 300-граммовый ленок. 

      Хариус на блесны берет крайне редко, что, возможно, объясняется его относительно небольшими размерами. 

      Клев весной обычно хороший, так как именно в это время скатывается малек горбуши и кеты, и местные речные хищники жируют.

      Летом холодолюбивые обитатели горной реки держатся в наиболее глубоких местах под сопками с теневой стороны, либо в местах выхода холодных ключей. Хариус и ленок активно пожирают выметанную икру кеты и горбуши. Причем первые это делают исподтишка, фактически воруя, либо довольствуются той ее частью, которую лососям не удалось закопать и которую сносит течением. А вот ленки, особенно крупные, уже не воришки, а настоящие грабители. И чего им бояться, если они почти того же размера, что и кета, и вдвое больше горбуши? 

      Становится понятной неистощимость популяции обитателей Амгуни. Эта река – нерестовая для большого стада лососей. Но даже опытным местным рыболовам приходится всегда подстраиваться под капризы Амгуни, которая совершенно непредсказуема. Например, за лето она может трижды «вспухнуть» и поменять русло. Многочисленные деревья и бревна в воде образуют завалы и перенаправляют реку по новым протокам. Соответственно, и рыба подстраивается под новые условия. Вот и в период нашего пребывания на Амгуни уровень оказался не только неожиданно высоким, но и продолжал немного подниматься.

      Зимой Амгунь замерзает, и рыболовы переходят на подледный лов. Им попадаются все три обитателя реки. Морозы в тех краях сильные, и лед порой бывает такой, что для стандартного ледобура требуются надставки. Ловить можно «вприглядку» – в прозрачной воде видны подходящие хариусы. Если вдруг они исчезли, жди поклевки ленка или тайменя. 

      Хариус зимой берет только на икру, а ленка и тайменя ловят на короеда. Для ленка используется мормышка из пули калибра 7,62 мм, а для тайменя приманка отливается в столовой ложке.

      …В течение дня все наши лодки разбредались по реке, но к вечеру сходились для совместного обустройства лагеря. Оно начиналось со строительства каркаса размером 4 х 4 и высотой 2 м, который обтягивался армированной полиэтиленовой пленкой. Внутри устанавливали небольшую железную печку, для которой тут же готовили дрова. Впрочем, тепло ощущалось только вблизи и только в момент ее полной загрузки дровами. Чтобы туристические коврики не укладывать прямо на снег, рубили и стелили лапник. Готовили на костре. Одним словом, бытовые условия вполне спартанские. 

      В последнюю ночь пришлось бороться не столько с холодом, сколько с водой. Шел обильный снег, который на нашей мягкой крыше таял, образовывал «озера», которые потом выливались на наши постели. Пришлось с помощью жердей формировать эти водоемы и проделывать дыры в пленке так, чтобы сливались они хотя бы мимо спальников.

      Для нас с братом все члены команды были новыми знакомыми, но за время рыбалки мы по-настоящему сдружились. Дальневосточники, как и сибиряки, – народ доброжелательный, работящий, всегда готовый прийти на помощь. Среди них не встретишь лентяя или единоличника – такие в тех сложных условиях просто не выживают. И в поселке нас тоже принимали как родных.

      Улетая в Москву, мы везли в рюкзаках понемногу копченой рыбки, которую сами и поймали. Для наших близких, – столичных жителей, такой деликатес – эксклюзив, в магазине не купишь. Но главное, что мы привезли – это незабываемые воспоминания от той природы и тех людей, а также радость и гордость в душе от осознания того, что «Я рыбачил на Амгуни!». 

Дата: 02.03.2016 18:30